?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

barfly1

В 1987 году на экраны вышел фильм Барбета Шредера "Пьянь" (Barfly) с Микки Рурком и Фэй Данауэй в главных ролях. Сценарий написал писатель и поэт Чарльз Буковски. Через два года - для кого-то культовый и гениальный, для кого-то просто пьяница и балагур - Буковски написал книгу "Голливуд". В ней без обид и отчасти с доброй иронией описана изнанка Голливуда и те дни, во время которых создавался сценарий и снимался фильм. В "Голливуде" есть как минимум три сцены, прочитав которые хочется пересмотреть или тем более познакомиться с картиной Шредера. Рекомендую!


barfly2

1. ПРО ЗЕРКАЛО ДЛЯ МИККИ РУРКА И НОГИ ФЭЙ ДАНАУЭЕЙ

– Хэнк, он (прим. Микки Рурк) хочет, чтобы ты сделал для него эпизод.
– Да ну?
– Сцену у зеркала. Чтобы он чего-то там перед зеркалом говорил. Может, стих прочитал бы…
– Да это загубит все к чертовой матери.
– Беда с этими актерами. Если они на самом старте заартачатся, того и гляди, угробят картину. «Дожил», – подумал я, – вот идиот, торгуй задницей при всем честном народе».
– Ладно, напишу я сцену с зеркалом.
– Заодно уж и для Франсин (прим. Фэй Данауэй) сочини – ей нужно ножки показать. У нее потрясающие копытца, вот увидишь.
– Ладно, будет вам и сцена с ногами.
/.../
И вдруг – батюшки! К нам приближается Франсин Бауэрс. Она улыбается Саре и Джону, а потом спрашивает меня:
– Вы вписали для меня эпизод с ногами?
– Франсин, все на месте. Ноги тебе обеспечены.
– Вы не пожалеете. У меня потрясающие ноги.
– Абсолютно в этом убежден.
Она наклонилась ко мне через стол, улыбнулась обаятельнейшей улыбкой, сверкнула глазами, продемонстрировала свои знаменитые туго обтянутые скулы: «И вы правы». Затем выпрямилась и отошла к другому столику.

Буковски сдержал обещание...




2. ПРО СЦЕНУ В ВАННОЙ С ГОЛОЙ ФЭЙ ДАНАУЭЙ

День утекал, мирно и бессмысленно.Как долго снимают эту ванную сцену, подумал я. Франсин, наверное, чисто вымылась. Вдруг в прихожую вбежал Джон Пинчот (прим. Барбет Шредер, режиссер). Он был какой-то взъерошенный, кажется, даже не совсем одетый. Во всяком случае, молния на брюках была застегнута только до середины. Он дико вращал глазами.
– Слава Богу, ты здесь!
– Ну, как дела?
Он наклонился и зашептал мне на ухо: «Ужас! С ума сойти! Франсин боится, как бы ее титьки не высунулись из воды! Поминутно спрашивает: не видать? не видать?»
– Что ж за беда, если слегка и высунутся?
Джон придвинулся еще ближе к моему уху: «Она не так молода, как хочет казаться. А оператору освещение не нравится. Никак его не наладит, потому волнуется и пьет больше обычного…»
Оператор, Хайнс, получил все мыслимые в его профессии призы, он один из лучших ныне живущих операторов, но, как все большие таланты, имеет пристрастие к бутылочке.
Джон продолжал горячо шептать: «Представляешь, а Джек никак не справится с этой строчкой. Уйму дублей сняли. Его заколодило – начнет говорить и сразу глупо так разулыбается».
– Да что это за строчка-то?
– Строчка такая: «Пускай отдрочит участкового, когда он придет его проверять».
– Давай попробуем так: «Пускай откупится от участкового…», дальше по тексту.
– Вот спасибочки! Это уже девятнадцатый дубль будет!
– Боже милосердный.
– Пожелай мне удачи.
– Удачи тебе.
Джон убежал. Вошла Сара.
– Что случилось?
– Девятнадцатый дубль. Франсин боится показывать грудь. Джек не может сказать текст. Хайнсу не нравится свет…
– Франсин надо дать выпить, ей сразу полегчает.
– Ну, Хайнсу этот совет не нужен.
– Знаю. А когда Франсин расслабится, у Джека язык развяжется.
– Возможно.
И тут вошла Франсин. Она выглядела совершенно опустошенной. На ней был банный халат, голова обвязана полотенцем.
– Я с ней поговорю, – шепнула мне Сара.
Она подошла к Франсин и тихонько заговорила. Франсин прислушалась. Потом кивнула и вышла в соседнюю комнатушку-спальню. Сара на минутку отлучилась в кухню и вернулась с кофейной чашкой. В кухне имелся отличный выбор: два сорта виски, водка, джин. Сара чего-то намешала. Дверь в спальню приоткрылась, и чашка исчезла. Сара не задержалась: «Сейчас придет в себя».
Минуты через две-три та же дверь распахнулась снова, на пороге появилась Франсин и заспешила прямо на камеру. Проходя мимо Сары, она поблагодарила ее одними глазами.




3. ПРО МИККИ РУРКА И ЕГО ОЧКИ

– У меня тут возникли еще кое-какие проблемки с Джеком.
– Что еще?
– Он хотел, чтобы в кадре у него был загар, небольшая «федора» и прическа хвостом.
– Быть не может.
– Ей-богу. Я его полдня отговаривал. А вот взгляни, что он еще хотел надеть. Джон вытащил из портфеля солнцезащитные очки. Протянул мне. Они были огромные. Оправа была сделана в виде зеленых пальмочек из пластика.
– Он чокнутый, что ли? – спросил я. – Во всем штате Калифорния не найдется никого, кто бы согласился такое носить!
– Я ему говорил. Он настаивал, чтобы ему разрешили надеть эти чертовы очки хоть на секунду. «Иначе, – орет, – только вы меня и видели!»
– Ладно, – сказал я. – Мне не надо, чтобы он слинял с картины. Я придумаю сцену, в которой он сможет нацепить эту дрянь.

Чарльз Буковски сдержал обещание и вставил эпизод с очками на пару секунд.

barfly3


Comments

( 4 comments — Leave a comment )
shattenbereich
Oct. 28th, 2014 09:12 am (UTC)
попытался недавно перечитать его на трезвую голову
ничего не понял
boris_gouts
Oct. 28th, 2014 09:26 am (UTC)
а что именно перечитывал?
Голливуд - это очень простая книга, прям кусок автобиографии без фирменных пахабных философий))
shattenbereich
Oct. 28th, 2014 10:20 am (UTC)
буковского перечитывал
тут нужно быть на одной волне
мне, во всяком случае)
boris_gouts
Oct. 28th, 2014 10:22 am (UTC)
ну да) в трезвости и здравом уме его сложно читать) соглашусь
( 4 comments — Leave a comment )

Profile

bg-dim
boris_gouts
Борис Гуц: записки кинорежиссера

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel