?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Alyssa Monks

В день женской солидарности, триумфа чувственности над меркантильной рассудочностью, восторга от генезиса ребра, торжества разнополой диффузии над гендерной глобализацией - я рекомендую поучительную повесть одного из моих любимых авторов Иэна Макьюэна "На берегу".

История первой брачной ночи с психологическими флэшбеками для раскрытия внутреннего мира главных героев начинается прекрасно и просто: "Они были молодыми, образованными, оба – девственниками в эту их первую брачную ночь и жили в то время, когда разговор о половых затруднениях был невозможен. Но он всегда нелегок".

Далее повесть продолжается с большим вниманием к тайнам женщины, с изящными эротическими вставками и прочими сладостями для ценителей хорошей прозы. А мораль проста - мужики, не будьте козлами и не лезьте к дамам с голой саблей! Хотя бы в ножнах немного подержите своего друга...

Jeremy Lipking

Иэн Макьюэн "На берегу" (отрывки)

Влюбленность открыла ей, насколько она странна, насколько закупорена в своих повседневных мыслях. Всякий раз, когда Эдуард спрашивал: «Что ты чувствуешь?» или «О чем ты думаешь?» – она затруднялась с ответом. Неужели ей так поздно открылось, что она лишена простой способности, которой обладают все, психического механизма, настолько обыкновенного, что о нем даже не упоминают, – непосредственного чувственного отклика на события и людей и на свои собственные потребности и желания? Все эти годы она жила изолированно внутри себя и, как ни странно, – от себя, не желая или не смея оглянуться.


Они продолжали смотреть друг другу в глаза – в этом они поднаторели. Она настолько остро ощущала его прикосновение, липкую тяжесть ладони на своей коже, что могла вообразить – буквально видела – его длинный выгнутый большой палец, терпеливзамерший в голубом полумраке под платьем, как осадная машина перед стенами города, и ровно подстриженный ноготь, который достал уже до кремового шелка, собранного крохотными складочками вдоль кружевной каймы, и касается – она была уверена в этом, ясно это ощущала – выбившегося оттуда курчавого волоса. Она очень старалась, чтобы мышца бедра не напряглась, но это происходило помимо ее воли, самопроизвольно и неодолимо, как чихание. Мышцу стянуло, началась легкая судорога, не болезненная, но Флоренс чувствовала, что это выдает ее, этот первый признак того, насколько затруднительно ее положение. Он, конечно, ощущал какую-то маленькую бурю под своей ладонью; глаза у него чуть расширились, брови приподнялись, беззвучно раскрылись губы – он был поражен и даже благоговел перед ней, приняв ее смятение за пылкую готовность.


Она любила Эдуарда, и все ее мысли были только о том, чтобы помочь ему, дать ему то, чего он страстно желал, чтобы он полюбил ее еще сильнее. С этой мыслью она и просунула руку между его и своим пахом. Он чуть приподнялся, чтобы пропустить ее. Она была довольна собой, вспомнив рекомендацию красного справочника: вполне допустимо, чтобы новобрачная «направила мужчину».
Сначала она нашла его яички и совсем уже без страха мягко обняла пальцами эту удивительную щетинистую пару, которую наблюдала в разных видах у собак и коней и никогда не думала, что она может удобно поместиться на взрослом человеке. Проведя рукой по ее исподу, она пришла к основанию пениса и обняла его с чрезвычайной осторожностью, потому что не знала, насколько он чувствителен и прочен. Она провела пальцами вдоль него, отметив с интересом его шелковистость, и поднялась по нему до конца, который легонько погладила; а потом, изумляясь собственной смелости, спустилась вниз до середины, крепко взяла его и, нагнув вниз, немного изменила направление, так что он коснулся ее влагалища.
Откуда ей было знать, какую ужасную ошибку она совершает? Не за тот предмет потянула? Слишком крепко сжала? Он издал вопль, сложную восходящую гамму страдальческих гласных – звук, подобный тому, который она слышала однажды в кинокомедии, когда официант, лавируя между столами, чуть-чуть не уронил гору суповых тарелок.
В ужасе она разжала руку, а Эдуард, вскинувшись с растерянным видом и судорожно выгибая мускулистую спину, излился на нее толчками, сильными, но уменьшавшимися выбросами теплой вязкой жидкости, заполнив ее пупок, обрызгав живот и бедра, и даже часть подбородка, и коленную чашечку. Это была катастрофа, и Флоренс сразу поняла, что виной всему она, что она неумелая, невежественная, глупая. Нельзя было вмешиваться, нельзя было верить этому руководству. Лопни у него сонная артерия – и то не было бы страшнее.



promo boris_gouts july 1, 2017 14:01 24
Buy for 10 tokens
Попросили для сообщества A Band Apart сделать список лучших фильмов с 2010 по 2017 год включительно, этакий топ-лист из тридцати моих любимых кинолент за указанный срок. Список ранжированный и состоит из трех частей: 5 самых-самых лент, потом еще 10 любимых и, наконец, 15 других лент. Я не очень…

Profile

bg-dim
boris_gouts
Борис Гуц: записки кинорежиссера

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel